Гурджиев, Георгий Иванович (1877 [по др. источникам — 1873]–1949) – одна из самых таинственных фигур мировой истории первой половины ХХ века; несмотря на это, сам себя он скромно называл учителем танцев – и, похоже, именно он был хореографом многих событий в двух магических империях – СССР и Третьем Рейхе.

Тайные знания Гурджиева

Родился в Армении, в зажиточной семье; отец Григория Ивановича был потомком одной из ветвей династии византийских императоров Палеологов (1261-1453), к которой, как известно, принадлежала Софья (Зоя) Фоминична, жена Ивана III Васильевича Горбатого, принёсшая на Русь современный герб – двуглавого орла. Друг отца, епархиальный епископ, устроил Гурджиева в Тифлисскую духовную семинарию, где учился некто Джугашвили — поэт, позднее ставший известным, как Сталин. Кроме того, есть сведения об их совместном обучении в иезуитском колледже (пруф или не было!) г. Александрополя (позже – Ленинакан, ныне Гюмри, Армения), где также учился А. Микоян и, в своё время, Е.П. Блаватская. Из семинарии друзей исключили, по официальной версии, за участие в марксистском кружке (которые были тогда вполне легальны), более реальная версия сообщает об их участии в езидской секте.

Далее два бывших семинариста участвуют в операциях против установления в Закавказье власти Верховного правителя Российского государства А.И. Деникина и подготовке перехода Кавказа под власть Советов. Так и видится римейк «Десперадос» от «Грузияфильм»: этакий кавказский марьячи Сталин (Бандерас) в костюме мегрельского князя с кяманчой вместо гитары и усатый Гурджиев (Дакаскос) в каракулевой шапочке-пирожке, аккомпанирующий ему на тари.
Затем их пути разошлись. Гурджиев, с детства пытавшийся найти следы единого древнего эзотерического знания, отправился в путешествия по самым отдалённым районам Азии, вступая в различные тайные общества и обучаясь в монастырях. Э. Вандерхилл сообщает, что 10 лет Гурджиев провёл на Тибете в качестве русского секретного агента и советника далай-ламы. Вместе с ним Тибет посещает ученик Гурджиева – Карл Хаусхофер, будущий геополитик Третьего Рейха.
Гурджиев брался за любое ремесло, научился ткать ковры, делать швейные машинки и гипнотизировать людей. Деньги на свои экспедиции Георгий Иванович зарабатывал любым подвернувшимся способом: красил пойманных воробьев в желтый цвет и продавал их как американских канареек; скупив за бесценок у лавочников вышедшие из моды старые высокие корсеты, он начал перешивать их в новомодные низкие корсеты, и вскоре наладил бизнес по их производству, продав по высоким ценам 6000 корсетов тем же лавочникам.

Собрав информацию, необходимую для создания собственного учения, Гурджиев приезжает в Москву, где живёт его двоюродный брат, скульптор С.Д. Меркуров*. В Москве будущий «учитель танцев» сходится с масоном, основателем ложи «Астрея» князем Бебутовым, финансировавшим создание партии кадетов и приятелем Ленина™. Гурджиев и Бебутов едут в Турцию по приглашению правительства младотурков – очевидно, по обмену опытом: масоны свергли древнюю династию Османов. Вместе с ними едет некто Зеботтендорф – будущий основатель общества «Туле».

В Москве Гурджиев создает мистическое «Единое трудовое содружество», которое затем унаследует Барченко, переименовавший его в «Единое трудовое братство». Затем, в 1915, учитель танцев ставит балет «Борьба магов». В это время, по свидетельству его последователя П.Д. Успенского, Гурджиев производил впечатление ряженого, человека с лицом индийского раджи, нарочно переодевшегося нищим: он говорил на ломаном русском с сильным кавказским акцентом; и этот акцент, который мы привыкли связывать с чем угодно, но только не с философскими идеями, ещё более усиливал странность и неожиданность производимого впечатления.

После Октября Гурджиев покидает Россию и поселяется во Франции, в Приэре, замке XIV в., где в 1922 создаёт Институт Гармонического Развития Человека. Институт становится центром эзотерической практики, куда приезжает масса народу, чтобы напроситься в ученики к новому экзотическому гуру. Правда, некоторые соотечественники Георгия Ивановича, родившиеся и выросшие не в избалованной Франции, а в России, считают, что Гурджиев создал в Приэре просто действующую модель сталинского СССР. Ученики Гурджиева, полностью подчинённые его воле, занимались тяжёлым физическим трудом, прокладывая дороги, строя здания, валя и сажая деревья, отводя реки и разучивая после трудового дня сложные танцы. Кроме этого, они ежедневно докладывали друг о друге Гурджиеву, который не давал своим последователям покоя, постоянно создавая ситуации эмоционального дискомфорта. Странный гуру из загадочной России говорил: Спроси себя, кому придется туго, если ты умрешь, как собака. В момент смерти надо полностью осознавать себя и чувствовать, что ты сделал все возможное, чтобы во всей полноте использовать данную тебе жизнь.
Сейчас вы знаете о себе не слишком много. Но с каждым днем вы копаете все глубже и глубже этот мешок с костями и узнаете все больше и больше подробностей. День за днем вы будете открывать для себя, что вы не успели сделать и что нужно переделать из того, что вами сделано. Реальный человек это тот, кто выжал из жизни все, что в ней было ценного, и сказал: «Теперь можно и умереть». Надо стараться прожить свою жизнь так, что в любой день можно было сказать себе: «Сегодня я могу умереть, ни о чем не жалея». В общем, надо прожить жизнь так, чтобы не было мучительно больно…

Многие исследователи считают Гурджиева просто блестящим шоуменом, чрезвычайно талантливым мошенником, умевшим гипнотически воздействовать на людей. Тем не менее, вот что пишет Ф. Петерс, автор книги «Детство с Гурджиевым», попавший в Приэре в возрасте 11 лет: В Приэре не было обучения или образования, которое с пользой служило бы, чтобы подготовить какого-нибудь человека для успеха, в обычном смысле слова; я не узнал достаточно, чтобы поступить в колледж — я не мог даже выдержать выпускной экзамен средней школы. Я не стал благотворительным, благоразумным или даже более компетентным человеком в каком-нибудь явном смысле. Я не стал счастливее; я не стал более спокойным или менее беспокойным человеком. Некоторые вещи, которые я узнал — что жизнь живется сегодня — прямо теперь — и что факт смерти неизбежен, что человек является сложным, спутанным и необъяснимым, незначительным выступом во вселенной — являются, возможно, вещами, которые я мог бы узнать где угодно.

Однако, я мог бы вернуться к 1924 году и повторить, что каким бы ни было еще существование или каким бы ни могло быть — оно является подарком.
И, подобно всем подаркам… возможно что угодно… там, внутри коробки, может быть чудо.

В 1948 году Гурджиев попадает в непонятную автомобильную аварию, которая многими рассматривается как покушение на жизнь гуру и заставляет вспомнить о другом ДТП, унесшем жизнь ещё одного странного кавказца, друга Красина и Богданова – Камо. Через год, в 1949, Гурджиев умирает.

Когда Сталин вдруг приказал найти Гурджиева, ему сообщили, что друг его детства умер. Отец народов спросил о последних словах умирающего. И получил ответ: Я оставляю вас в затруднительном положении…

Глядя на Triumph des Willens и неуёмную энергию этих молодых богов, выросших из пепла империй, — пишет Панаев, — не ведавших никаких границ, вдруг с каким-то странным чувством понимаешь, в каком мире мы могли бы жить, если бы эти творцы не принялись к началу сороковых вдруг выяснять отношения. Возможно, слова А. Лазарчука: «Кому сейчас интересен агитационный пулемет «Красный Максим», пули которого высвистывали мелодию «Интернационала»? Кто теперь знает, что скульптурная группа Веры Мухиной «Рабочий и колхозница» должна была служить носовой фигурой исполинского самолета «СССР»? Кто из пионеров предвоенной поры вспомнит сейчас, как они заготавливали в тридцать девятом мухоморы (красные — отдельно, пантерные — отдельно)?» не такая уж фантастика.

——————————-
Меркуров, Сергей Дмитриевич (1881-1952) — российский скульптор, народный художник СССР (1943), действительный член АХ СССР (1947). Героические образы воплощал в монументальных формах (памятник К. А. Тимирязеву, 1922-23, Москва; горельеф «Расстрел 26 бакинских комиссаров», 1924-46, Баку; статуя В.И. Ленина™ на канале им. Москвы, 1937). Государственная премия СССР (1941, 1951). Большой любитель снятия посмертных масок знаменитостей, в том числе Ленина™ и Гурджиева, сделал их более 300. На крыше Дворца Советов собирался установить гигантскую, теряющуюся в облаках, статую обнажённого И. с соблюдением всех анатомических подробностей. Можете себе представить свисающую из облаков (или вздыбленную напором крови, пугающую окрестных птиц, лётчиков и спутников-шпионов) плоть дедушки Ленина™?.. Стометровый колосс предполагалось сделать из меди, покрытой сплавом серебра и золота.
Кроме этого, Меркуров высек из цельной глыбы гранита необычный монумент «Смерть вождя», работа над которым шла 20 лет. Композиция изображает траурный марш рабочих, несущих на своих спинах тело Ленина™. Странно в этом памятнике то, что вождь одет в буддийскую тогу.
источник

Читайте так же:

Поделиться в соц. сетях

0