Вернувшись из магазина, Игорь Иванович обнаружил в большой комнате своей квартиры труп.

Еще неостывший труп лежал прямо посреди большой комнаты. Головой по направлению к телевизору. Лежал он лицом вниз, в виске — огнестрельное ранение, в правой руке зажат пистолет системы Макарова. По телевизору транслировали прямую линию с Президентом. Президент глядел в камеру — казалось, прямо на Игоря Ивановича — и что-то говорил, но звук был отключен.

Подходить к трупу Игорь Иванович не стал. Вместо этого он снял ботинки, бесшумно достал из старенького комода старый надёжный ПМ, медленно взвел курок (патрон уже был в стволе) и осторожно осмотрел квартиру. В квартире никого не оказалось. Игорь Иванович был один.

С замками входной двери тоже все было в порядке. Следов взлома не было.

Вернувшись в комнату, Игорь Иванович глянул на часы. Стрелки показывали ровно три часа дня.

Министр обороны ДНР носком ботинка перевернул труп. На несколько неприятной физиономии покойника застыла маска смертельного ужаса. При жизни это был человек среднего роста и телосложения с помятым лицом и неуместной тонкой ниточкой щегольских усиков. Одет покойный был в странную военную форму без знаков различия.

Стараясь не оставлять своих отпечатков, Игорь Иванович профессионально обыскал покойника. Кроме небольшой суммы денег и всякой мелочи, он нашёл также странное удостоверение на имя некоего Игаля Гиркинда, гражданина Израиля и агента МОССАДа. Судя по фото, этот документ принадлежал застрелившемуся. Или убитому.

“Зачем он приходил?” – Размышлял Игорь Иванович. – “Они ведь знают, что 163 страницы у меня нет. Я даже не знаю, что это такое. Я даже не знаю, почему про это помню”.

Игорь Иванович задернул шторы, а затем еще раз — более внимательно — обыскал покойника, но ничего нового не обнаружил.

«Провокация? Случайность?”, — сосредоточенно размышлял министр обороны, — “К мусорам обращаться не вариант. Тогда как? Распилить. В ванной. И выбросить по частям”.

Перспектива неприятная, но иного выхода, похоже, не было. Игорь Иванович достал из шкафа ручную пилу. И, на всякий случай, топорик. Топорик был легкий, но очень острый.

“Хорошо, что ковра в комнате нет”, — подумал Игорь Иванович. – “А то бы пропитался, и тоже резать бы пришлось”.

Взяв платком пистолет мертвеца, Игорь Иванович положил его в чистый целлофановый пакет. Удостоверение и деньги он положил на телевизор.

Перевязав кисти покойника скотчем, чтобы не болтались и не мешались, министр ДНР взял покойника за ноги (“какой тяжёлый!”) и потащил его в ванную. Тело неприятно шоркало о линолеум. Голова болталась из стороны в сторону, словно мертвец был против происходящего с ним перемещения.

В коридоре Игоря Ивановича застал звонок в дверь. Игорь Иванович вздрогнул.

***

Игорь Иванович вздрогнул и проснулся.

«Господи, приснится же такое. Слава Б-гу, только сон».

Игорь Иванович лежал, прислушиваясь к исчезающему в нём страху. Настенные часы показывали ровно три часа дня. Вставать не хотелось, но он все же пересилил себя, поднялся с кровати, перекрестился и направился ополоснуть скомканное после сна лицо.

Зайдя в ванную комнату, Игорь Иванович пошатнулся — в ванной лежал труп. Тот самый.

Вот только вид он имел гораздо более отталкивающий, был покрыт характерными пятнами, был вздут и источал запах мёртвой плоти.

«Не свежий труп-то”, — автоматически отметил Игорь Иванович, — “Несколько дней уже лежит”.

На этом Игорь Иванович решил отложить аналитические размышления в долгий ящик.

В отличие от себя самого во сне, теперешний бодрствующий министр решил, прежде всего, срезать с трупа мешающую одежду. На кухне он взял большие добротные ножницы и, на всякий случай, нож-пилочку.

“Надо у него на теле татуировки поискать”, — подумал Игорь Иванович. – “Хоть какая-то зацепка, потому что удостоверение наверняка липовое”.

Но вернуться в ванную не он успел. Раздался пронзительный звонок в дверь. Игорь Иванович вздрогнул.

***

Игорь Иванович вздрогнул и проснулся. Но глаза открывать не стал. Вместо этого методично посчитал про себя от пятидесяти до одного. И лишь затем – когда сердце успокоилось — он медленно приподнялся на локтях и посмотрел на настенные часы. Стрелки показывали ровно три часа дня.
За зашторенным окном азартно лаяла собака, где-то еще дальше ездили машины.

Игорь Иванович, не спеша, словно прислушиваясь к чему-то, направился в ванную, зачем-то ощупывая по пути то стены коридора, то себя самого.

Трупа в ванной не было, но были какие-то неприятные следы: ошметки грязи, кусочки засохшей плоти, черные разводы на эмали.

Игорь Иванович посмотрел в зеркало и почувствовал, как шевелятся волосы на голове: вместо его отражения в зеркале стоял тот самый покойник. И не мигая смотрел на Игоря Ивановича. Он выглядел живым, но рана от пули на виске и трупные пятна на лице говорили об обратном.

Игорь Иванович поднял руку и почесал щеку. Покойник сделал то же самое.

Игорь Иванович прикусил губу. Тот, второй, повторил, опоздав лишь на долю секунды.

— Это же Я, — неожиданное сказал покойник, с интересом разглядывая Игоря Ивановича.

Игорь Иванович попятился, поскользнулся и упал, ударившись затылком о дверной косяк.

Последнее, что он услышал, был настойчивый звонок в дверь.

***

Игорь Иванович вздрогнул, вскочил с кровати, мельком глянул на лежащее на телевизоре удостоверение, и бросился в ванную комнату. Уже перед входом он слегка остановился, но потом резко открыл дверь и осторожно вошел, стараясь не смотреть в зеркало.

Ванна была абсолютно чистой и влажной, будто бы совсем недавно ее кто-то тщательно помыл.

Зато над ней, на белом кафеле красовалось странное, пугающее послание. Он было написано не кровью, как ожидал почему-то Игорь Иванович, а обычным черным маркером .

«Ты в Горловке. Ты УЖЕ в Ней».

Игорь Иванович посмотрел в зеркало. В зеркале никого не было.

Раздался оглушительный звонок в дверь…

Из книги А. Блога «Зеркало для героя Новороссии”.

Читайте так же:

Поделиться в соц. сетях

0