Несколько месяцев назад в отдаленном сирийском городе Идлиб местные жители были встревожены наплывом необычных иностранных боевиков, предположительно уйгуров из китайской провинции Синцзянь.

Для населения, уже привыкшего к многонациональному характеру мятежа, два аспекта казались особенно непривычными: национальная принадлежность и большое количество вновь прибывших.

Год назад в Сирии едва насчитывалось несколько сотен уйгуров. Они воевали на стороне входящей в состав Джабхат ан-Нусры Туркестанской Исламской Партии ( TIP). В частности, китайские уйгуры приняли непосредственное участие в блокаде Алеппо.  Сегодня, по данным нескольких источников в провинции, в ней насчитывается несколько тысяч уйгурских боевиков. Многие прибыли вместе с семьями после долгого и опасного путешествия из Китая и Средней Азии.

Уйгуры, в значительных количествах, сосредоточены в нескольких регионах Идлиба -в стратегически важном городе Джиср аш-Шугур, в Ариха и Джабаль аз-Завийя. Местный журналист рассказал телеканалу Al-Arabia, что они поселились вместе со своими семьями в оставленных алаваитами городках вокруг Джиср аш-Шугур. Видео, появляющееся с октября прошлого года показывают уйгуров в боях в долине Габ в западной части Хама. Уйгуры также фигурируют в пропагандистском видео из Джиб аль-Ахмар в Латакии – хвастаясь танками и американскими противотанковыми ракетами TOW.

Уйгуры переселились в Сирию после поддержанной китайцами кампании против их баз на границе с Афганистаном. Пакистанские военные утверждают, что ими в 2010 году был ликвидирован лидер группы, Абдуль Хак. Пакистанский военный министр во время визита в Китай в прошлом году заявил, что перед членами TIP – очень простой выбор – они будут либо убиты, либо покинут приграничные области.

Возросшее присутствие уйгуров связывают с нарастающей волной слухов о китайской интервенции в Сирии на стороне России и правительства Асада.

В декабре прошлого года китайский парламент принял закон, позволяющий армии участвовать в операциях за рубежом. Китайцы приступили к строительству первой военной базы – в Джибути. В января были проведены военные учения ” в пустынной местности” в неназванной стране.

Источник в сирийском режиме сообщает: “Китай поставляет оружие и оказывает техническую поддержку. Увеличено количество членов военной делегации в китайском посольстве, что может быть указанием на подготовку более серьезного развертывания. Группа китайских экспертов недавно прибыла в аэропорт Дамаска”.

Критически важный вопрос, продолжает источник – сыграет ли китайская армия свою роль в битве за Идлиб. Тем не менее, китайская сухопутная интервенция представляется крайне мало вероятной, говорит профессор Стивен Цанг из Chatham House. По его мнению, “у китайского правительства нет ни политической воли, ни военных возможностей для организации подобной операции”. Но китайцы поддержат Россию, “потом что они не хотят стать свидетелями краха Асада”.

Сирийский источник среди мятежников говорит, что уйгуры прибыли в Сирию надолго. Он говорит: “Путешествие в Сирию очень дорого. Один уйгурский боевик рассказывал мне, что ем пришлось продать дом, чтобы покрыть его стоимость. Как он может при таких обстоятельствах думать о возвращении?”

В отличии от многих других иностранных боевиков, уйгуры не скрывают своих лиц – несмотря на то, что это влечет для них большие риски на родине.

Ради того, чтобы помочь уйгурам прижиться на новом месте – вместо изгнанных алавитов, TIP издает специальный журнал на арабском языке, Туркистан аль-Исламия, на страницах которого рассказывается об угнетении со стороны китайских коммунистов и постоянной напряженности с поселенцами хань, чей наплыв организован правительством.

Сирийский джихадист рассказывает: “Мы почти ничего не знали об их проблемах, и журнал помог зарождению некоторой симпатии в отношении их дела. Но они очень бедны и ограничены в ресурсах. Обычно они рассчитывают на то, что их кто-нибудь подвезет. Поскольку они появились позже других, они пропустили момент раздела великих трофеев, захваченных у режима, в особенности, тяжелого вооружения”.

Из-за этого уйгуры полностью зависят от Джабхат ан-Нусры. В реальности, они усилили организацию, чьи ряды перед их прибытием быстро сокращались, из-за потерь в боях против ISIS. Именно уйгуры, по слухам, сыграли критически важную роль в последних успехах в провинции Идлиб. Их военные достижения и отказ от вмешательства в гражданские дела, такие как обложение налогам или навязывание шариата, сделали их весьма попу лярными среди населения Идлиба.

Альянс с Джабхат ан-Нусра является продолжением их давних связей с аль-Каидой, и их верности Талибану. Синцзянь граничит и с Пакистаном, и с Афганистаном, и отношения с Талибаном начались гораздо раньше 2001 года. TIP одним из первых выразил соболезнования в связи с кончиной основателя движения, муллы Омара. Именно отношениями с Талибаном объясняется враждебность к ISIS – партии, враждующей с Талибаном в Афганистане. Джихадистский источник в Идлиб говорит: “Их клятва верности Талибану имеет первостепенное значение. Они называют ISIS хариджитами – за что те отказываются присягнуть “истинному халифу” – главе Талибана”.

Уйгурское присутствие в Сирии влечет за собой крупные последствия для Сирии. Журналист из Алеппо говорит: “Международное сообщество и региональные игроки заинтересованы в продлении этого конфликта. Этот конфликт больше не имеет отношения к сирийцам. Он превратился в источник многих других конфликтов”.

источник

Читайте так же:

Поделиться в соц. сетях

0