Почему следует воспринимать выборы в Беларуси всерьез? Причина в том, пишет в британской газете «Independent» Владислав Иноземцев (перевод — Charter97.org), что Беларусь считается одним из наиболее авторитарных государств в Европе, в то время как свобода является одной из важнейших европейских ценностей.

После встречи с Виктором Ющенко в Киеве в августе 2004, где я записал интервью, которое впоследствии оказалось единственным доброжелательным интервью с ним, опубликованным в России в том году, я вернулся в Москву в твердой уверенности, что его изберут следующим президентом Украины. По мере роста протестов в Украине в начале 2014, у меня не было сомнений, что мятежная толпа в скором времени свергнет Виктора Януковича. Сейчас, как и тогда, наблюдая за происходящим в городах Беларуси в последние несколько недель, я уверен, что Александр Лукашенко не переживет предстоящие этим летом президентские выборы.

Всего шесть месяцев назад позиции Лукашенко выглядели незыблемыми. Авторитарный лидер казался ярым защитником суверенитета страны, когда президент России Владимир Путин пытался навязать «углубленную интеграцию» между двумя постсоветскими государствами.

Тем не менее, когда страну охватила пандемия вируса COVID-19, и Лукашенко предпочел объявить ее «ерундой», недооценивая последствия, что-то сдвинулось с мертвой точки. В Беларуси около 54 000 подтвержденных случаев коронавирусной инфекции COVID-19, в то время как в соседней Польше с населением в четыре раза больше — всего 30 000 случаев.

В начале мая популярный YouTube блогер Сергей Тихановский объявил о своем намерении баллотироваться в президенты. Он не может баллотироваться сам из-за ареста, которому он подвергся в рамках расправы над оппозиционными активистами, но его жена в качестве замены получила активную поддержку населения. Очереди желающих подписаться за выдвижение Светланы Тихановской кандидатом в президенты в Минске, Бресте и Гомеле растягивались на километр.

Проведение опросов в Беларуси проблематично, учитывая характер властей. Тем не менее, сообщается, что Тихановская пользуется серьезной поддержкой, и собрала достаточное количество подписей для выдвижения кандидатом. В то же время другой, более влиятельный потенциальный кандидат — бывший глава Белгазпромбанка Виктор Бабарико — также собрал вокруг себя много сторонников.

Официальный список кандидатов должен быть озвучен к концу сегодняшнего дня, и любой из двух вариантов: отстранение этих двух конкурентов Лукашенко от избирательной кампании, либо «победа» Лукашенко над ними в августе, практически неизбежно приведет к бархатной революции в стране.

Почему сегодня мы должны отнестись к выборам в Беларуси серьезно? Не только потому, что эта страна считается одной из самых авторитарных в Европе, в то время как свобода является самой важной европейской ценностью, но еще и потому, что Беларусь в последнюю четверть столетия играла роль предвестника для России.

Ранее я утверждал, что российское руководство следовало за Лукашенко с середины 1990-х годов. Лозунги кампании президента Бориса Ельцина 1996 года, призывающие граждан «голосовать сердцем», были скопированы с лозунгов кампании Лукашенко 1994 года. Когда Путин стал президентом России, он провозгласил возвращение «стабильности», как это сделал Лукашенко за три года до этого.

Путин, подражая Лукашенко, который вернул Беларуси флаг и герб советского образца, восстановил в России советский гимн — это произошло в течение первого года обоих у власти. Парламент и суды в обеих странах превратились в отделы администрации президента.

Можно смело утверждать, что российские законы об “иностранных агентах” и “нежелательных организациях” просто скопированы с белорусского законодательства, в котором они появились на шесть лет раньше.

Наконец, идея возможности переизбрания для Путина, которая стоит за предстоящим конституционным референдумом, не отличается от того, что предлагал Лукашенко еще в 2004 году. Россия наверняка заметит, если лукашенковская модель власти будет отвергнута.

Возвращение Беларуси к демократии потрясет Москву больше, чем все шаги Украины за последние годы. Украина уже давно воспринимается в России как совершенно другая нация, которая всегда тяготела к западному направлению больше, чем к России. Беларусь, наоборот, всегда считалась достойным доверия другом. Россияне глубоко уважают страдания белорусского народа во время Второй Мировой войны, и граждане обоих государств имеют равные экономические права в cоюзном государстве Беларуси и России — соответствующее соглашение действует с 1999 года.

Таким образом, я могу с уверенностью сказать, что выбор Украиной демократического пути и отказ от советской политики не был неожиданностью, в то время как подобный шаг со стороны Беларуси станет для России серьезным ударом.

Лукашенко в Беларуси в определенном смысле то же самое, что Путин в России (как однажды сказал действующий председатель Госдумы: «Нет Путина — нет России.») Президент Путин сейчас пытается сделать то, чего Лукашенко уже давно достиг — увековечить собственную власть и извлекать выгоду из советского наследия вместо модернизации страны. Провал Лукашенко в вопросе переизбрания будет тщательно отслеживаться Москвой.

Любопытно также то, что напряженность в отношениях Путина и Лукашенко достигла пика. С 2000 года, Россия оказывала финансовую поддержку Беларуси в объеме 100 миллиардов долларов, получая мало взамен. Лукашенко критиковал Путина по многочисленным поводам в последние годы, по вопросам, связанным с границами и не только, и возглавлял силы, скептически настроенные в отношении России, внутри Евразийского Союза, любимой «геополитической» конструкции Путина. Таким образом, у Москвы сейчас может не быть ни инструментов, ни желания вмешиваться в ситуацию в пользу Лукашенко;

В Беларуси нет ни этнического раздела, который стал катализатором вторжения России в Украину, ни населения с русскими паспортами, как это было во время правления Януковича в Украине.

2020 год, вполне вероятно, может стать Годом Беларуси в Восточной Европе, так же, как 2014 стал Годом Украины. Мировое сообщество должно наблюдать, и предоставить помощь, если радикальные перемены все-таки наступят.

Владислав Иноземцев, директор Центра исследований пост-индустриального общества в Москве, «Independent»

Читайте так же:

Поделиться в соц. сетях

0